Тунисский Всеобщий профсоюз труда (UGTT)

UGTT Туниса: больше, чем профсоюз.

Будучи преисполнен решимости ликвидировать любой институт, который мог бы действовать в качестве контрсилы, Кайс Саид хочет, чтобы UGTT отказался от своей роли политического игрока и ограничился представлением интересов своих членов, которых насчитывается около 800 000 в стране с 12-миллионным населением.

«UGTT – это больше, чем профсоюз, но меньше, чем партия». Так Хела Юсфи, исследователь и автор книги «L’UGTT, une passion tunisienne» (UGTT, страсть по-тунисски), определяет ведущий профсоюз Туниса. Когда Сами Тахри, заместитель генерального секретаря по коммуникациям, спросили об этом описании, он с улыбкой пояснил: «Это больше, чем профсоюз, это правда, но и больше, чем партия». В любом случае, очевидно, что UGTT сыграл ключевую роль в современной истории Туниса, и многие аналитики считают его самым влиятельным профсоюзом в арабском мире. Однако в последние годы он, как и вся страна, находился в кризисе.

Ключевая роль, которую UGTT играет в тунисском обществе, восходит к временам антиколониальной борьбы. Профсоюз был основан в 1924 году после раскола с французским CGT из-за разногласий по «национальному вопросу». «Профсоюз играл активную роль в национально-освободительной борьбе, проводя протесты, всеобщие забастовки и т. д. Вот почему французское правительство распустило его и даже арестовало и убило некоторых его лидеров, включая генерального секретаря Фархата Хашеда», – объясняет Тахри из своего офиса в штаб-квартире ежедневной газеты UGTT «Аш-Шааб» (Народ).

После достижения независимости отношения с правительством не были лишены напряженности. «UGTT всегда боролся за сохранение своей автономии, несмотря на однопартийный режим президента Хабиба Бургибы,  который правил Тунисом с 1957 по 1987 год. И по большей части ему это удалось», – говорит Хела Юсфи, указывая на то, что этого нельзя сказать о других странах региона, таких как Алжир и Египет. Эта разница, возможно, связана с тем, что алжирские и египетские лидеры профсоюзов исповедовали ту же панарабскую идеологию, что и их режимы. В Тунисе такого идеологического единства не было. Бургиба занимал более прозападную позицию, в то время как, по словам Юсфи, все основные идеологии страны всегда были представлены среди членов и лидеров UGTT.

Автономия профсоюза привела к нескольким прямым столкновениям с правительством, приведшим к десяткам смертей, например, во время восстаний 1978 и 1985 годов или Революции 2011 года, которая положила начало тому, что стало известно как Арабская весна. Для многих активистов UGTT сыграл решающую роль в торжестве Революции. «В тот день, когда UGTT в Сфаксе присоединился к уличным протестам, я знал, что дни Бен Али сочтены», – вспоминает Ламин Буазизи, активист из города Сиди-Бузид, где зародилось восстание. Бен Али, наконец, бежал из страны два дня спустя, положив начало переходному процессу, который продлился десятилетие.

Конфликт между президентом Кайсом Саидом и UGTT.

Хотя и не с той же интенсивностью, как в прошлом, союз снова в разногласиях с правительством. Летом 2021 года президент Каис Саид устроил самопереворот, распустил парламент и предоставил себе всю полноту власти. В следующем году он инициировал конституционную реформу, которая превратила Тунис в «гиперпрезидентскую» республику. Почти все политические партии отвергли этот шаг Саида, независимого, популистского политика с консервативной идеологией. UGTT предложил посреднические услуги между президентом и партиями, предложив начать процесс национального диалога, как это было сделано ранее в 2013 году, когда политический кризис поставил под угрозу демократический переход. Тогда UGTT возглавил посредничество между правительством и оппозицией, что позволило предотвратить гражданский конфликт. Именно за эту работу UGTT вместе с тремя другими организациями гражданского общества была удостоена Нобелевской премии мира в 2015 году. Однако на этот раз Саид отклонил предложение профсоюза.

Будучи преисполнен решимости ликвидировать любой институт, который мог бы действовать в качестве контрсилы, президент Саид хочет, чтобы UGTT отказался от своей роли политического игрока и ограничился представлением интересов своих членов, которых насчитывается около 800 000 в стране с населением 12 миллионов человек.

Первое столкновение между Саидом и UGTT последовало за выпуском в 2022 году циркуляра 20, который запрещал любому государственному учреждению вести переговоры с профсоюзами без предварительного разрешения президента. Несколько месяцев спустя правительство отменило циркуляр. Тем не менее, давление на профсоюз продолжалось, например, профсоюзные активисты подвергались арестам и судебным преследованиям.

«С 2021 года арестовано более десятка профсоюзных деятелей. Только один все еще находится в тюрьме, но остальные ожидают суда. И я боюсь, что этот список будет расти», – Сами Тахри, заместитель генерального секретаря UGTT.

Режим направил профсоюзу еще одно послание в феврале 2023 года, когда не пустил в страну Эстер Линч, генерального секретаря Европейской конфедерации профсоюзов (ETUC), которая посетила Тунис, чтобы выразить солидарность с UGTT в разгар этих преследований, которые распространились даже на региональных представителей профсоюза.

Несмотря на все эти провокации, профсоюзный центр избегал прямого конфликта с режимом, ограничиваясь организацией отдельных демонстраций и критическими заявлениями в СМИ. «UGTT находится в слабом положении. Главная причина в том, что он потерял поддержку населения. Люди воспринимают его как часть элиты, которая управляла страной в переходный период и не смогла обеспечить процветание», – говорит Тарек Кахлауи, профессор политологии в Южно-Средиземноморском университете в Тунисе. «В течение многих лет против UGTT ведется кампания, в которой обвиняют его забастовки и протесты в экономическом кризисе и коррупции. И даже было несколько судебных преследований», – добавляет Кахлауи.

Как сообщает Международная конфедерация профсоюзов (МКП) в своем Глобальном индексе прав за 2024 год, существуют «десятки страниц в социальных сетях, посвященных нападкам на организацию и демонизации профсоюзной работы и профсоюзных деятелей». Индекс МКП относит Тунис к «10 худшим странам в мире для трудящихся» из-за «постоянной угрозы» суровых наказаний (финансовых и тюремных), нависших над «профсоюзными активистами, осмеливающимися выполнять свои обычные обязанности».

Ромдхане Бен Амор, исследователь Тунисского форума по экономическим и социальным правам (FTDES), указывает на внутренний кризис в профсоюзе как на еще один фактор его слабости. «В 2021 году нынешнее руководство изменило внутренние правила организации относительно выборов руководства. Большая часть профсоюза отвергла это изменение, и возникла внутренняя оппозиционная сила. Результатом стал блок принятия решений», – объясняет Амор. Он также указывает на столкновение между старшими и молодыми лидерами как на причину кризиса, учитывая их разные ценности и взгляды на роль и стратегии профсоюза. Хотя внутренние разногласия в какой-то момент были политически мотивированы, и одна фракция поддерживала Саида, эта напряженность сошла на нет, поскольку дрейф президента к авторитаризму становился все более очевидным. Тахри, со своей стороны, отрицает вес разногласий внутри организации. «В каждом профсоюзе есть разные точки зрения. Это нормально. Но организация все еще функционирует. Вся обычная деятельность профсоюза, в том числе в различных секторах, идет своим чередом», – говорит заместитель генерального секретаря. Но для Амора разногласия держали профсоюз под контролем.

«В другие времена в истории арест профсоюзного деятеля вызывал бурную реакцию. Теперь же ничего не происходит», – заметил Ромдхане Бен Амор, исследователь Тунисского форума по экономическим и социальным правам.

В качестве доказательства того, что UGTT не утратил своей остроты, Тахри предупреждает, что его руководство решило провести всеобщую забастовку в следующем году, хотя дата еще не определена по согласованию с региональными и отраслевыми профсоюзами. «Экономическая и социальная ситуация очень тревожная, и вдобавок ко всему правительство прервало весь социальный диалог. Многие протесты уже проводятся, хотя пока они носят только местный или региональный характер. Более того, мы все глубже и глубже погружаемся в тиранию и все дальше от демократии. Я думаю, что следующий год будет бурным», – говорит лидер профсоюза. Если его прогноз окажется верным, возобновление социальных беспорядков может предоставить UGTT возможность вернуть себе свою ключевую роль.

Общероссийский профессиональный союз работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации наладил дружественный диалог с Тунисским Всеобщим профсоюзом труда. Готовится online встреча и обмен делегациями.

Перевод помощника Председателя Профсоюза по международной работе Е. Иванниковой